В фильме «Жена» литературному Нобелю грозит еще один скандал

Момент, когда герой (Джонатан Прайс) слышит, что Нобелевская премия по литературе присуждена ему.
Кадр из фильма

В российский прокат выходит «Жена» – экранизация одноименного романа американской писательницы Мэг Уолицер, снятая шведом, призером Берлинале, Бьерном Рунге. В главных ролях – Джонатан Прайс и Гленн Клоуз, которой уже прочат номинацию, а то и победу на грядущем «Оскаре». 

Немудрено, учитывая, что актриса эту статуэтку давно заслужила (за плечами целых шесть номинаций), да и этот фильм – камерная, театральная драма с не самым оригинальным сюжетом – во многом держится именно на ее игре. Явно построенной на глубоком понимании того, что же значит быть женщиной в этом мире, вчерашнем и сегодняшнем, и каково это – всю жизнь ждать свою Нобелевку.

…Ранним утром в доме немолодой супружеской пары раздается телефонный звонок, которого они так ждали. На другом конце провода вежливый человек с легким акцентом сообщает, что в этом году писатель Джозеф Кастелман (Прайс) удостоен Нобелевской премии по литературе – в следующую секунду они с женой Джоан (Клоуз), которая слушала разговор через вторую трубку, как дети запрыгают на кровати, Джозеф при этом выкрикивает: «Я выиграл Нобель, я выиграл Нобель!» Как выяснится позже в одном из флешбэков, это своего рода семейная традиция – так же Кастелманы когда-то отмечали публикацию первой книги, правда кричали: «Нас напечатают, нас напечатают». Теперь им предстоит поездка в Стокгольм на церемонию вручения, где Джозефа ждет толпа журналистов, личный водитель и личный фотограф, а Джоан – воспоминания о прожитой жизни, горькие размышления о том, как «мы» превратилось в «я», и непростой внутренний выбор между правдой и любовью. 

Интрига, если ее можно назвать таковой, разгадывается еще в первой половине картины (а то и в трейлере), тем более что история стара как мир – одних только недавних фильмов о женах писателей, которые на деле оказываются не просто музами, а руками, в действительности создавшими все великие произведения своих супругов, можно насчитать еще как минимум два. В прошлом году показывали французскую драму «Он и Она», а через неделю после выхода в России «Жены» в отечественных кинотеатрах покажут «Колетт» с Кирой Найтли в подобной роли. Неудивительно, ведь это, казалось бы, идеальный сюжет эпохи новой гендерной революции.

Однако «Жена» – далеко не феминистский гимн. Даже несмотря на его невольную актуальность в свете недавнего скандала с Нобелевской премией по литературе (фотограф и здесь играет не последнюю роль!). Даже несмотря на то что на всем его протяжении – и во флешбэках, и в реальном времени, – автор так или иначе, раз за разом, обращает внимание на положение женщины в обществе, которое, судя по происходящему на экране, не сильно-то и изменилось за полвека. Подрабатывая в редакции, юная Джоан наблюдала, как начальство, хоть и признавая талант автора, ставит «на полку» очередной роман женщины-писательницы. Приехав в Стокгольм, слушает, как ее собственный супруг игриво бросает «Нет, моя жена не пишет», пожимая руки другим нобелевским лауреатам. Которые, в свою очередь, нахваливают собственных, добившихся не менее внушительных результатов вторых половин – но в их глазах Джоан видит то, что понятно ей одной. То, что она почти готова рассказать навязчивому преследователю Натаниэлю Боуну (Кристиан Слейтер), писателю, одержимому идеей стать биографом Кастелмана и подозревающему, что истинный гений в семье вовсе не тот, кому вручают Нобелевку. То, что она всю жизнь скрывала от детей, в том числе от сына Дэвида (Макс Айронс), начинающего писателя, ждущего отцовского профессионального одобрения, а материнское принимающего до поры до времени как не более чем проявление родительской любви. То, что, кажется, вот-вот вырвется наружу. 

Но остается делом семейным – когда чаша терпения будет переполнена, она выскажет Джозефу все, что наболело, будет кричать, что, наконец, уходит от него. Но и тут мужчина опередит ее, вновь забрав все лавры себе – ей же останется, как и прежде, с достоинством хранить семейный очаг, семейные тайны и, возможно, создавать нового короля. К финалу горечь и сожаления вымещаются гордостью и достоинством, которые продиктованы не только и не столько неискоренимым неравноправием, сколько любовью. Именно ее всю дорогу играют, порой одними глазами, без преувеличения великие Джонатан Прайс и Гленн Клоуз, честные и тонкие в своих экранных отношениях, изображающие немолодую пару. Не так уж часто подобные им герои оказываются на первом плане, а уж совсем редко выглядят не застывшими, умудренными опытом и уставшими от пройденного пути, а живыми, совершающими ошибки, ругающимися, как подростки, способными обижаться, дурачиться, в конце концов, заниматься любовью – с этой, такой красивой и важной для понимания характеров героев и природы их отношений сцены начинается фильм. Который заканчивается все-таки триумфом – пусть и не справедливости, как того, возможно, требует время, но любви. И в этом куда больше правды. 

Источник: ng.ru

Добавить комментарий