Старая порочная практика

Рис. 1. Геометрическая схема взаимного расположения ПЗ и ОЗ тандемных кумулятивных боеприпасов и метаемых пластин: F1, F2 – фокусные расстояния от кумулятивных зарядов ОЗ и ПЗ до центральной точки устройства ДЗ; b1, b2 – одинаковые толщины стальных пластин. Автор В. Григорян

Динамическая защита (ДЗ) представляет собой боеприпас, использующий в своей конструкции взрывчатое вещество (ВВ). А как известно, боеприпасы в советские времена создавались КБ и НИИ Министерства машиностроения (Минмаш). Но НИИ стали, относящийся в те годы к Министерству оборонной промышленности (МОП), проявив инициативу в разработке ДЗ, не обладал ни методологией, ни кадрами, способными на должном уровне решать боеприпасные задачи. Попытки подключения предприятий Минмаша в помощь НИИ стали не могли дать положительных результатов из-за глубокой межотраслевой разобщенности. Так, принятие на вооружение ДЗ у нас и за рубежом моментально выявляло кризис Минмаша и отечественных кумулятивных боеприпасов.

Навесная динамическая защита (НДЗ) на танках появилась в 1983 году, она решала только задачу повышения параметров защиты от кумулятивных боеприпасов. В 1985 году создана встроенная динамическая защита (ВДЗ), которая должна была усилить противокумулятивную стойкость и обеспечить противоснарядную стойкость от бронебойных подкалиберных снарядов (БПС). НДЗ и ВДЗ – это стальные контейнеры, в которых размещены элементы динамической защиты (ЭДЗ), состоящие из двух стальных пластин и слоя ВВ. Функционирование ДЗ с зарубежными боеприпасами, имеющими один кумулятивный заряд, состоит из двух фаз: при первой осуществляется детонация ВВ в ЭДЗ кумулятивной струей; при второй – образующиеся продукты взрыва осуществляют метание стальных пластин, действующих на боковую поверхность кумулятивной струи, что резко снижает ее бронепробиваемость.

В процессе эксплуатации НДЗ и ВДЗ были выявлены существенные недостатки, снижающие эффективность защиты наших танков от новых зарубежных противотанковых средств. Одновременно процесс создания ДЗ и противотанкового боезапаса этих бронемашин осуществлялся при неспособности ГАБТУ и ГРАУ формулировать обоснованные ТТТ и ТТЗ как на создание перспективной защиты, так и на новые противотанковые боеприпасы, входящие в боезапас танков Т-72, Т-80, Т-90.

Растущий конгломерат ошибок

Разработкой НДЗ и ВДЗ руководили директор НИИ стали Михаил Маресев и начальник отдела ДЗ Дмитрий Рототаев. Их сомнительная концепция создания ДЗ включала использование излишнего количества ВВ в объемном ЭДЗ и применение алюминия, выполняющего роль снижения дополнительного веса танка. К моменту появления израильской НДЗ НИИ стали имел 20-летний опыт поисковых исследований по созданию динамической защиты. Специалисты НИИ стали долгое время работали в бесперспективном направлении создания объемного ЭДЗ. Примером является ЭДЗ «Крест», который, по мнению доктора технических наук, профессора, академика РАРАН Валерия Григоряна, по различным причинам не нашел практического применения. Академику Григоряну бездоказательно противоречит бывший начальник лаборатории НИИ стали Сергей Королев, статья которого опубликована в «ВПК» (№ 1, 2018).

В 1982 году из зоны арабо-израильского конфликта в Советский Союз был доставлен американский танк М48А3 с израильской НДЗ. Анализ особенностей израильской НДЗ позволил НИИ стали резко сократить время на создание отечественных НДЗ и ВДЗ. Примечательно, что в результате 20-летней деятельности по созданию ДЗ сотрудники НИИ стали оказались неспособными обосновать эффективные параметры плоского ЭДЗ.Испытания советских ДЗ проводились в условиях отсутствия современных зарубежных противотанковых боеприпасов и неспособности их эквивалентной замены, что обусловило принятие на вооружение ДЗ от своих противотанковых средств, но не от зарубежных.

Отсутствие боеприпасного опыта у сотрудников НИИ стали предопределило целый комплекс серьезных ошибок, к которым можно отнести следующие: некорректное обоснование параметров конструкции элементов динамической защиты (ЭДЗ) 4С20, 4С22; выбор ВВ (ПВВ-5А) без исследований чувствительности в условиях размещения в контейнере ДЗ; выбор схемы размещения ДЗ на танке без учета развития противотанковых средств (ПТС) противника, особенно атакующих танк сверху; отсутствие исследований по взаимодействию ПТС противника с краевыми зонами наших контейнеров ДЗ; отсутствие исследований по определению вероятности поражения зарубежных ПТС в зависимости от зоны попадания в отечественный контейнер ДЗ.

Рис. 2. Взаимодействие тандемной БЧ
ракеты 9М119М с БДЗ-2.
Ракета: 1 – ПЗ; 2 – приборный отсек
с рулевым приводом;
3 – маршевый двигатель;
4 – канал для прохождения кумулятивной струи ОЗ;
5 – ОЗ; 6 – приборный отсек с приемником излучения;
масса ракеты 17,2 кг; скорость ракеты 284 м/с;
только положение ракеты  в) свидетельствует о
преодолении БДЗ-2. БДЗ-2: 7 – стальная крышка
толщиной 15 мм, размерами 500 мм х 260 мм,
массой 15,2 кг; 8 – воздушный зазор толщиной 40 мм;
9 – восемь ЭДЗ 4С20 с массой ВВ (ПВВ-5А) 2 кг,
уложенные в два ряда; точки 1’, 2, ’ 3’; 10 –
стальное днище контейнера;
БДЗ-2 установлена на броне корпуса танка (11).
Условия взаимодействия: крышка контейнера (7)
в результате взрыва ЭДЗ приобретает скорость Vдз,
равную 400 м/с. Авторы рисунка М. Растопшин, А. Солопов

НЕ ПРОСТО СДЕЛАЙ – ОЦЕНИ ЭФФЕКТИВНОСТЬ ТВОРЕНИЯ

Из-за отсутствия специалистов по определению предельной нагрузки при подрывах НДЗ и ВДЗ и обоснования зависимости ударной стойкости агрегатов и экипажа внутри танка  НИИ стали принял без обоснования массу ПВВ-5А двух ЭДЗ 4С20, равную 500 г. С помощью такого приема появился ЭДЗ 4С20.

НДЗ и ВДЗ, установленные на российских танках в 1983–1985 годах, являют собой чудовищно неэффективный вариант, противостоящий только старым кумулятивным боеприпасам, имеющим один кумулятивный заряд. Если на танках М48А3, М60А1, «Центурион» устанавливались контейнеры, в которых размещались ЭДЗ длиной 500 мм, то для советских танков был определен контейнер для размещения ЭДЗ 4С20 длиной 250 мм. Существующая закономерность, определяющая эффективность ДЗ ее длиной в плоскости взаимодействия с кумулятивной струей или с БПС, оказалась непостижимой для сотрудников НИИ стали. При использовании на зарубежных танках контейнеров ДЗ длиной 500 мм наши ракеты с тандемными БЧ преодолевают ее с вероятностью 0,2. Зарубежные ПТУР с тандемными БЧ «ХOT-2T», «Милан-2T», PARS-3LR, AGM-114L «Хеллфайр», «Джавелин», «Спайк-ER», «Бримстоун» способны преодолевать российскую навесную и встроенную ДЗ с вероятностью 0,8 и надежно поражать танки Т-72, Т-80, Т-90.

Руководство НИИ стали решило закрепить свое «достижение» по ЭДЗ 4С20, применив его для отработки тандемных БЧ ПТУР в качестве имитатора зарубежной ДЗ. Для этого НИИ стали в 1985 году издал руководящий документ (РД 401.1. 6-454-85), в котором под индексом БДЗ-1 представлен имитатор зарубежной НДЗ, а под индексом БДЗ-2 – имитатор зарубежной ВДЗ. Контейнер БДЗ-1 состоит из штампованного полого корпуса из листовой стали толщиной 3 мм, куда устанавливаются два плоских ЭДЗ 4С20, каждый из которых состоит из двух штампованных стальных пластин толщиной 2 мм (длина – 250 мм; ширина – 130 мм) и размещенного между ними слоя пластичного ВВ толщиной 6 мм. Защита от кумулятивных боеприпасов и бронебойных подкалиберных снарядов возлагалась на БДЗ-2, контейнер которой состоит из четырех секций и сверху накрывается общей стальной крышкой (500 х 260 мм) толщиной 15 мм. В каждую секцию укладывается по два ЭДЗ 4С20. При попадании ПТУР детонируют ЭДЗ одной секции. Взрыв ЭДЗ соседних секций не происходит из-за наличия стальных перегородок между ними. Детонация ЭДЗ одной секции обуславливает «вырубку» из 15-мм крышки пластину (длина – 250 мм, ширина – 130 мм), которая не воздействует на кумулятивную струю ОЗ или на БПС. Такие имитаторы не отражали то, что было установлено на зарубежных танках. БДЗ-1, БДЗ-2 выполняли роль театральной бутафории для создания у членов комиссии государственных испытаний эмоций для констатации положительных решений.

Рис.3. Взаимодействие ракеты 9М119М с тандемной ДЗ:
1 – приборный отсек; 2 – ОЗ; 3 – маршевый двигатель;
4 – канал для прохождения кумулятивной струи ОЗ;
5 – сопловой блок маршевого двигателя;
6 – приборный отсек с рулевым приводом;
7 – ПЗ; 8 – стальной корпус тандемной ДЗ;
9 – первый ЭДЗ; 10 – демпфер;
11 – вторая метаемая стальная пластина;
12 – устройство для крепления блока тандемной ДЗ;
13 – второй ЭДЗ; 14 – основная бронезащита;
15 – деформированная кумулятивная струя ОЗ;
16 – кратер от кумулятивной струи ОЗ.
Авторы рисунка М. Растопшин, А. Солопов

При принятии на вооружение в 1989 году для боезапаса танков Т-72, Т-80, Т-90 выстрелов ЗУБК20 с модернизированной ракетой 9М119М комплексов управляемого вооружения 9К119 и 9К120 3ЦНИИ Минобороны оценило вероятность поражения танка М1А1 как не оснащенного, так и оснащенного НДЗ, в качестве которой использовались контейнеры БДЗ-1. При моделировании поражения танка М1А1 стрельба осуществлялась по наиболее защищенной лобовой зоне (угол обстрела 0 град.) с использованием критерия «потеря огня или хода». Вероятность поражения танка М1А1, оснащенного НДЗ, получили 0,28 и без НДЗ – 0,30. Другими словами, вероятность поражения лобовых зон танка М1А1 практически одинакова как при наличии ДЗ, так и без ДЗ. Такая оценка при сопровождении государственных испытаний ракеты 9М119М не может считаться положительной. Напомним, что с помощью упомянутого имитатора БДЗ-1, который не являлся аналогом зарубежных ДЗ, были приняты на вооружение ракеты с тандемными БЧ 9М128 «Зенит» (1987), 9М119М «Инвар» (1989), 9М113М «Удар» (1990), 9М131 «Метис» (1991). В такой ситуации жизненный цикл этих ПТУР завершился, что требует от ГРАУ и ГАБТУ принятия соответствующих мер.

Следует напомнить, что 125-мм выстрел 3ВБК25 с кумулятивным снарядом 3БК29М, входящий в танковый боекомплект, предназначался для поражения бронированных целей, оснащенных только навесной ДЗ. В этом случае к неэффективности этого снаряда причастен не только НИИ стали, но и НИМИ, не обеспечивший снаряду 3БК29М преодоление встроенной ДЗ зарубежных танков. Принятие на вооружение ракеты 9М119М и снаряда 3БК29М с плохой боевой эффективностью поражения «Абрамсов» и «Леопардов» отражается сегодня на боевой эффективности наших танков.

Сотрудники НИИ стали никогда не владели методикой анализа живучести бронеобъектов при обстреле различными противотанковыми средствами и системой исходных данных по характеристикам уязвимости типовых бронированных целей. По этой причине разработчики советской ДЗ не могли самостоятельно оценить эффективность своего творения.

Рис. 4. Результат взаимодействия фугасного
ПЗ тандемной БЧ на контейнер БДЗ-2.
На фото представлены результаты трех опытов
взаимодействия фугасного ПЗ с контейнером БДЗ-2;
1 – контейнер, установленный на башне; 2 – пробоина в
15-мм крышке контейнера и оторванная по сварке
донная часть (3); 4 – ЭДЗ в количестве 8 штук в каждом
контейнере высыпались из-за оторванного дна (3);
зоны свободные от ВВ в ЭДЗ, образовались от соударения
выбитой «пробки» из 15-мм крышки с ЭДЗ;
5 – крышка соседнего контейнера; 6 – контейнеры БДЗ-2,
размещенные на верхней лобовой детали корпуса танка.
Авторы рисунка М. Растопшин, А. Солопов

Упрощенная модель – недостоверные выводы

В 2006 году издательство МГТУ им. Н.Э. Баумана опубликовало монографию «Частные вопросы конечной баллистики» под редакцией академика РАРАН Валерия Григоряна. Авторы монографии – А. Белобородько, Н. Дорохов, И. Кобылкин, А. Коновалов, В. Маринин, И. Соколов – в основном сотрудники НИИ стали. Монография, рецензированная начальником ОНТИ ОАО НИИ стали Евгением Чистяковым и доктором технических наук, профессором, заведующим кафедрой «Высокоточные летательные аппараты» МГТУ им. Н.Э. Баумана Виктором Соловьевым, является свидетельством ряда достижений НИИ стали. Но глава 6, посвященная ДЗ, имеет серьезные недоработки.

С момента принятия на вооружение НДЗ и ВДЗ до 2006 года прошло соответственно 23 и 21 год. Но рецензенты не заметили, что НИИ стали продолжал отстаивать позиции ЭДЗ малой длины, которая по-прежнему сохраняла зарубежным ПТУР с тандемными БЧ высокую вероятность (0,8) преодоления российской ДЗ.

Рецензенты допустили в монографии использование не имеющей практического применения «геометрической схемы взаимного расположения зарядов тандемного кумулятивного боеприпаса и метаемых пластин» (моногр., стр. 478, рис. 6.22). На рис. 1 представлена копия «геометрической схемы», не имеющая отношения к реальной НДЗ или ВДЗ, вместо которых предлагались две пластины одинаковой толщины, метаемые в обе стороны взрывом слоя ВВ. Схема рис. 1 представляет бесперспективную методику определения остаточного бронепробития ОЗ, в которой предварительный заряд (ПЗ) и основной заряд  (ОЗ) висят в воздухе. Но в действительности ПЗ и ОЗ находятся в корпусе ракеты и разделены маршевым двигателем, который предохраняет ОЗ от взрывного действия ПЗ. После подрыва ПЗ с корпусом ракеты взаимодействует (в случае ВДЗ) метаемая взрывом крышка контейнера (7), которая взаимодействует с конструкцией ракеты и способна резко изменять траекторию полета ПТУР и БПС.

Рассмотрим взаимодействие ракеты 9М119М с имитатором БДЗ-2 (рис. 2). Применительно к данному случаю осуществлен подрыв восьми ЭДЗ 4С20, уложенных по четыре в каждом слое для имитации функционирования зарубежной ВДЗ. Оценка результатов взаимодействия ракеты 9М119М с имитатором БДЗ-2 зависит от зоны попадания в крышку контейнера (7) и от силы ее удара по ракете. Результат взаимодействия ракеты 9М119М с БДЗ-2 (рис. 2а, б) зависит от мощности удара крышки контейнера по ракете. Так, при невысокой мощности удара и при истечении временной задержки (300 мкс) после подрыва ПЗ (1) кумулятивная струя ОЗ (5) будет находиться в зоне действия крышки и резко терять бронепробиваемость. В случае мощного удара крышки наступит резкая деформация ОЗ (5) с разбросом ВВ или смятие канала (4), что также значительно снизит бронепробиваемость ОЗ.

Но преодоление кумулятивной струей ОЗ (5) имитатора БДЗ-2 возможно для случая, представленного на рис. 2в, когда ПЗ (1) находится над точкой К.

Информация к размышлению

Модернизация, создание комплексов ДЗ сопровождались на всех этапах совершенствования недоработками, которые замалчивались. Ранее в СМИ лишь перечислялись разработанные ЭДЗ 4С20, 4С22, 4С23 как немалые достижения НИИ стали. Вместе с тем у авторов подобных утверждений отсутствовало понимание того, что эффективность БДЗ-2 определяется совместным функционированием ЭДЗ и контейнера.

В начале 2018 года в ВПК № 1 появилась статья бывшего сотрудника НИИ стали Сергея Королева «Секретные контакты», в которой допущена грубейшая ошибка. Королев в угоду унификации, при которой единый ЭДЗ 4С20 устанавливался на всех защищаемых бронедеталях основных танков, резко снизил эффективность динамической защиты. В его доказательствах нет серьезного анализа с учетом влияния развития противотанковых средств противника.

В 1989 году Челябинский институт Министерства среднего машиностроения исследовал функционирование ЭДЗ 4С20 в условиях НДЗ и установил на основе экспериментальных исследований с помощью уникальной аппаратуры, что два элемента 4С20 могут быть заменены на один при уменьшенной на 20­­­–25% массе заряда ПВВ-5А с сохранением эффективности действия. При этом суммарная масса ПВВ-5А в 227 контейнерах танка Т-72, равная 118 кг может быть уменьшена на 24 кг, а суммарная масса стали, приходящаяся на массу контейнеров и стальных пластин ЭДЗ, сокращается на 240 кг. Итог этих исследований Челябинского института свидетельствует о серьезных недоработках НИИ стали при создании контейнера НДЗ с двумя элементами 4С20.

До настоящего времени отсутствует специальное ВВ, отвечающее требованиям современной ВДЗ. Еще в 1984 году НИИ стали выдал ТЗ ЦНИИХМ на разработку ВВ применительно к условиям функционирования ВДЗ. Но это задание ЦНИИХМ не выполнил. Пришлось пользоваться старым ПВВ-5А, широко применяемым в инженерных войсках.

Принятая на вооружение ракета 9М119М, созданная КБП для боезапаса танков Т-72, Т-90 оказалась неэффективной из-за ошибок НИИ стали по обоснованию параметров имитаторов защиты зарубежных танков.

Представленные в конце прошлого века образцы НДЗ и ВДЗ не отвечали боевым условиям по уровню защищенности отечественных танков (см. «НВО» № 30, 2014; № 21, 2014; № 10, 2012).

В 1993 году в НИИ стали была создана тандемная динамическая защита «Реликт», предназначенная для борьбы с тандемными БЧ. Одновременно отмечалось, что аналогов «Реликту» нет. Но еще в 1992 году в польском Военном институте технологий вооружений была разработана для танка Т-72 противотандемная динамическая защита ERAWA-2, первый ряд ВВ которой нейтрализует действие ПЗ, второй – действие ОЗ тандемной БЧ. В таких условиях отечественные ПТРК «Аркан», «Инвар», «Зенит», «Конкурс-М», «Метис-М», «Атака», «Вихрь-М», «Корнет», «Хризантема» будут не способны преодолевать тандемную ДЗ зарубежных танков.

Доказательства Королева не учитывают появление за рубежом, например, ПТУР НОТ2Т с тандемной БЧ и отстреливаемым ПЗ, что способствует преодолению тандемной ДЗ «Реликт».

Следует отметить узость области отечественных исследований при создании ВДЗ. Например, зарубежные создатели тандемных боеприпасов использовали ПЗ фугасного типа, позволивший преодолевать советскую ВДЗ без ее детонации (рис. 4). Этот способ преодоления ВДЗ без детонации ВВ имеет очень важное преимущество, заключающееся в том, что на траектории кумулятивной струи основного заряда отсутствуют метаемые взрывом фрагменты динамической защиты. Необходимо заметить, что зарубежные фирмы вели подобные работы по созданию тандемных БЧ, ПЗ которых не вызывает детонации ВВ в ВДЗ, например заявка Франции (51) МКИ4 F42 В 13/00, 1/02; (11) № 2569834, публикация 86.03.07.

По-прежнему остро стоит проблема повышения боевой эффективности ВВТ, которая в советские времена компенсировалась повышенной мерой ответственности должностных лиц за качество оснащенности вооруженных сил образцами ВВТ. Так, постановлением Совета министров СССР от 31.12.1951 № 5444-2370 «О недостатках 57-мм автоматических зенитных пушек С-60» генерал-полковник Иван Волкотрубенко был снят с должности начальника Главного артиллерийского управления и приговорен к тюремному заключению.

Следует отметить попытку ГАБТУ и НИИ стали скрыть недостатки НДЗ и ВДЗ. Речь идет не о наказании соответствующих исполнителей и заказчиков, а об отсутствии программ мероприятий по устранению недостатков в системе защиты наших танков и в устранении ложных «имитаторов» защиты «Абрамсов», послуживших созданию семейства малоэффективных ПТУР с тандемными БЧ.

Таким образом, порочная практика советских времен поставки бронетехники с конструктивно-производственными недостатками продолжает оказывать влияние на ее боеспособность и в наши дни. А фальсификаторы продолжают восхвалять малоэффективные образцы ВДЗ. Пора навести порядок!

Источник: ng.ru

Добавить комментарий