России необходимо избавиться от сухопутной ментальности

Советский Военно-морской флот обеспечивал паритет с флотами США и НАТО. Фото © РИА Новости

Геополитическая обстановка как на постсоветском пространстве, так и в мире в целом настоятельно требует от Кремля иметь в своих руках современный, мощный и надежный Военно-морской флот (ВМФ). Стратегическое положение и богатейшие ресурсы России требуют от нее уделять первостепенное внимание укреплению своих океанских рубежей. Без выхода к морю нашей Родине не выжить, не остаться в ряду мировых держав, не сохранить уникальную русскую континентально-морскую цивилизацию.

Однако сегодня Россия, скажем это честно, в значительной мере утратила роль и место великой морской державы. Масштаб урона, нанесенного нашему флоту, можно оценить хотя бы по таким цифрам. В 1990 году из состава ВМФ выведены 91 подводная лодка (ПЛ), 88 надводных кораблей (НК) и 34 катера (КА), а в 1991 году из боевого состава вывели еще 33 ПЛ (из них 15 атомных), 50 НК и 27 КА. Кроме того, в период 1991–1998 годов уволено более 60% наиболее подготовленных и преданных Родине офицеров ВМФ.

Эти и другие факторы поставили перед нашей страной, нашим обществом в начале XXI века вопрос о целесообразности для Российского государства иметь собственный крупный военный флот вообще. Но ответ на этот вопрос может быть только один – Россия должна иметь мощный и современный Военно-морской флот. Помочь в достижении этой цели должны общественные организации, офицеры ВМФ РФ и те граждане, которым небезразлична судьба отечественного флота. Именно они во многом должны сегодня способствовать быстрому восстановлению боеспособности ВМФ.

Одним из проявлений этого должна стать активизация общественных организаций морских офицеров и в первую очередь тесного взаимодействия Клуба адмиралов и действующего командного состава ВС РФ. А для этого командование флота и ВС РФ в целом должно обратить особое внимание на интеллект общественных морских организаций и активно привлекать их в программы разработки планов восстановления флота. Сегодня у командования флота нет тех знаний и опыта, который сконцентрирован в Клубе адмиралов и ряде других ветеранских организаций.

СТРАТЕГИЯ ДЕЙСТВИЙ

К настоящему времени члены общественных организаций приобрели интегрированные знания специалистов высокой квалификации, что в первую очередь должно быть использовано в комплексе мер развития флота, но в одной целостной программе. После первых попыток решения вопросов, связанных с повышением боеспособности ВС страны в ходе различных дискуссий, теперь, на последних заседаниях Клуба адмиралов и Академии военных наук, вопросы дальнейшего развития флота стали заслуживать самого пристального внимания.

Однако для дальнейшего продвижения мы должны осмыслить стратегию и состав флота, существовавшего до 1991 года, когда наш ВМФ имел определенное превосходство над флотами вероятного противника. Это подтверждают такие масштабные учения флота, как «Океан», противолодочные операции против морских стратегических ядерных сил США и НАТО на Тихоокеанском и Северном флотах, другие успешные действия флота. Следует также обратить внимание и на период до 1917 года. Центральное место при этом должно быть уделено обеспечению синергии прошлого опыта с перспективой будущего места России в мире.

К большому огорчению, большинство авторов, пишущих сегодня о ВМФ, объединяет стремление найти ответ на вопрос: нужен ли России военный флот? Конечно, нужен! Нужно думать не об этом, а о развитии флота. Именно решение вопросов развития флота в плане как теоретическом, так и практическом станет главной задачей общественных организаций морских офицеров, которые были созданы и сегодня активно участвуют в жизни государства.

И в первую очередь мы должны говорить о создании полноценной морской науки, вывести формулу ведения войны на воде. Искать яркий стратегический талант у адмиралов и офицеров, живущих сегодня, способных высказать мысли об использовании преимуществ ведения боя обычным и ядерным оружием, о необходимости и структуре управления флотом, рассредоточении командных пунктов и рассредоточении либо концентрации сил для их применения, о месте нахождения в сражении флагмана, способного управлять силами непосредственно и/или через иные маневренные и стационарные пункты управления.

Мы должны всесторонне рассмотреть вопросы подготовки высокоинтеллектуального офицерского состава, авторитетного и любимого в обществе, а также обсудить вопросы тренировки и воспитания личного состава и молодого поколения. Эти мысли, развитые учениками и последователями новых идей, приведут к дальнейшему развитию русской национальной школы военно-морского искусства, к созданию маневренной морской тактики и в конечном итоге – к мировой славе нашего ВМФ. И в этой связи необходимо обратить особое внимание на формирование общественного мнения в России по отношению к флоту.

Замечу, что для работ о флоте, написанных ранее, характерен достаточно ограниченный круг тем для исследования. Поэтому возникает необходимость изучить общественно-политические позиции морских офицеров и определить, как они могут влиять на процесс восстановления флота. Особо следует отметить работы, посвященные подготовке ВМФ РФ к гибридной мировой войне. Нужна крупная аналитическая работа, написанная на документальном материале, в которой необходимо рассмотреть роль Морского генерального штаба (МГШ) при подготовке России к Первой мировой войне; изучить оперативно-стратегические замыслы русского морского командования, рассмотрев в первую очередь вопросы рассредоточения и дислокации сил, подготовки стратегического театра боевых действий, комплектования флота, пути сообщения и тому подобные вопросы, выделяя флот как самостоятельную часть ВС и вследствие этого акцентируя внимание на его специфических целях и задачах. Значение данного исследования велико. Мировая история наглядно указывает: как только начинает развиваться флот, начинает развиваться государство; как только военный флот становится вспомогательной силой и перестает грозить врагу у его берегов, государство чахнет.

Очень важно, и это следует отметить особо, определить границы периода развития флота и сузить их не до 2050 года, а до реального временного промежутка, например, до 2029 года, разбив этот период на два равных по длительности этапа. Главным критерием здесь является состояние бюджета страны. Поэтому в течение первого этапа власть должна привести в порядок флот и свои ВС, и только затем, когда будет восстановлено бюджетное равновесие, созданы программы внебюджетного строительства флота, казна сможет увеличить расходы на оборону. Вот тут и следует сделать ставку на интенсивное развитие армии и флота.

В этой связи необходимо сосредоточить активность общественных организаций морских офицеров на период 2019–2023 годов, то есть тогда, когда государство не имеет возможности решать проблемы восстановления флота самостоятельно.

Крайне важно проследить взаимосвязь модернизации ВС с военными реформами. Присутствие агрессивного заокеанского врага воочию показало необходимость коренной модернизации всей военной системы РФ. Нужно обратить внимание и привлечь к восстановлению ВМФ партии, которые решительно добивались реорганизации ВС, получить оценку офицерского корпуса по вопросам текущего состояния ВМФ и опыта, полученного в ходе боевых действий; создать центр внедрения диссертаций в практику флота и проводить закрытые сетевые семинары на тему о том, как офицеры флота представляют себе пути восстановления морского могущества страны в преддверии нового глобального военного противостояния великих держав в Европе и Америке.

Темпы постройки новых боевых кораблей
совершенно недостаточны для возрождения флота.
Фото с сайта www.асзкмс.рф

ПОВЫСИТЬ РОЛЬ ОБЩЕСТВЕННЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ

Начальным этапом программы становления и развития флота является анализ деятельности всех морских, включая ветеранские, организаций. Необходимо изучение их взаимодействия с государственными учреждениями и политическими партиями и движениями для восстановления флота, а также обобщение опыта подобной деятельности для возможного применения в аналогичных условиях, формулирование научно-теоретических положений и выводов, выработка практических рекомендаций.

Сегодня в России действует около десятка различных организаций, провозгласивших своей целью становление и развитие отечественного ВМФ, но большинство из них не может похвастаться ощутимыми результатами своей работы. Может быть, они слишком разрозненны? Как с ними работать?

Здесь нужны гранты и заказы, практическое участие в строительстве флота. Патриотические лозунги не помогут. Эти организации нужно оживлять в плане взаимодействия с государственными структурами, партиями и командованием ВМФ и ВС РФ в целом.

Но на каком основании это сделать, если в прошлом они не принимали участия в действенной организации нового строительства армии и флота?

Для достижения поставленной цели нужно определить: причины возникновения общественных организаций офицеров российского ВМФ, а также структуру и принципы их деятельности; проанализировать взгляды организаторов и наиболее активных участников общественных организаций морских офицеров на место и роль ВМФ в истории России, а также на возможные пути его развития; дать оценку практической деятельности указанных организаций в деле пропаганды и распространения своих взглядов; определить влияние их взглядов как на органы государственного управления, так и на общественное мнение страны; показать связи общественных организаций морских офицеров с Минобороны и командованием ВМФ, а также с органами законодательной власти и степень их влияния на принятие важнейших решений в деле восстановления флота; определить роль и место деятельности общественных организаций офицеров российского ВМФ в практическом восстановлении боеспособности флота; восстановить архивный фонд и методологическую основу исторической и научной деятельности (исследований).

При этом проблемы возникновения и деятельности общественных организаций офицеров российского флота надо рассматривать не только с позиции сегодняшнего дня, но и исходя из конкретно-исторических условий, избегая предвзятости в оценке фактов, широко использовать сравнительно-исторический, статистический, проблемно-хронологический, критико-аналитический, описательный и документально-иллюстративный методы.

В этой связи следует особо отметить тот факт, что последствий реформ 1990-х – начала 2000-х годов заставили наиболее активную часть морских офицеров пересмотреть свою позицию традиционного невмешательства в государственную и ведомственную политику, что привело к активизации сотрудничества общественных организаций морских офицеров с Государственной думой, Советом Федерации и правительством РФ и др. В итоге деятельность морских организаций и морских офицеров привела к изменению негативного общественного мнения в пользу флота и в значительной степени определила магистральные пути развития ВМФ страны после 2015 года.

Сегодня перед обществом и государством стоит архиважная задача: используя опыт всей истории Российского флота, воссоздать наиболее эффективную структуру Главного штаба ВМФ, способную содержать в боеспособном состоянии ВМФ РФ, а также оказывать значительное и весьма серьезное воздействие на процесс и результат эволюции российского государства на протяжении XXI века.

Замечу, что проблема ВМФ приобретает особое значение в начале XXI века в связи с возрождением эпохи противостояния сильных геополитических противников и в свете развернувшейся гонки военно-морских вооружений, которая без должной синергетической программы судостроения и инфраструктурной модернизации флота может серьезно подорвать финансовую стабильность России, испытывающей огромные перегрузки в ходе социополитических и экономических модернизаций. Причем развитие ВМФ РФ сегодня является проблемой не только и не столько финансово-экономической, сколько в значительной степени социокультурной.

СУХОПУТНОЕ ЛОББИ

Следует особо подчеркнуть, что при общем видимом осознании властью значимости Военно-морского флота для России многие военно-стратегические и финансовые программы, связанные с развитием флота, отмечены печатью ограниченности и некоторой ущербности. Это не может быть истолковано только как некомпетентность высших инстанций. Речь идет скорее о влияниях сухопутной ментальности и возникших в последние годы политико-культурных традиций. В верхних эшелонах власти возникло заметное напряжение между сухопутной и морской военно-политическими стратегиями. На политической сцене это напряжение проявляется в форме противодействия различных групп влияния и давления при правительстве и президенте, в правительственных структурах и в Госдуме.

При этом следует отметить, что, хотя важное значение в определении приоритетов в сфере военной политики играет то, как складывается по отношению к Военно-морскому флоту общественное мнение страны, более существенно то, как к этим вопросам относятся сама власть и близкие к ней социальные слои. Поэтому для формирования наиболее социально-активных страт нашего общества необходимо выделить и сформировать референтную группу, на мнение которой правящая власть России должна будет ориентироваться в своей политике в первую очередь. Данная группа должна быть не зависимой в принятии решений и быть представлена членами партий, правительства, администрации президента, Общероссийского народного фронта, представителями офицерского корпуса ВС РФ, владельцами СМИ и журналистами, пишущими на военные темы, а также деятелями различных общественных и социальных организаций, действующих при президенте РФ, правительстве и Совете Федерации.

Следует отметить при этом, что образованное общество нашей страны в целом положительно воспринимает феномен Военно-морского флота, ибо на протяжении истории России победы, одержанные моряками, были заслуженным предметом национальной гордости. Следствием этого было такое положение, когда «званием флотского офицера гордились сознательно».

Здесь особенно важно отметить необходимость появления требуемых законодательных актов, которые фактически должны стать юридической и правовой базой деятельности организаций морских офицеров. Сегодня же любая попытка офицера внести свои предложения воспринимается командованием флота и ВС РФ как личное оскорбление и, мягко говоря, не приветствуется. Таких примеров немало. Эти законодательные и организационные документы должны дать возможность наиболее инициативным морским офицерам при наличии условия официального запрета на участие в каких-либо общественно-политических партиях и движениях найти строго законное применение своей профессиональной активности. Главную роль в этом на себя должен взять Клуб адмиралов, его экспертный совет и другие структуры, имеющие высший квалификационный и политический статус в государстве. Вновь созданные общественные организации морских офицеров должны способствовать тому, что офицеры, стоящие на низших и средних ступенях военной иерархии, могли бы играть свою важную роль в принятии важнейших государственных решений в период развития флота и государства.

Кроме того, необходимо усилить роль профильных печатных и интернет-изданий, на страницах которых можно уделить место программам, резолюциям и обращениям общественных организаций офицеров российского ВМФ.

ИНИЦИАТИВА НЕ НАКАЗУЕМА

Сегодня, опираясь на исторический опыт роли и места флота в развитии России, можно сделать вывод о необходимости решительного изменения политики государства в области управления флотом. Президентское правление и архитектура власти в России по природе своей должны способствовать эффективному контролю всех сфер деятельности общества, и в первую очередь вопросов военного и военно-морского строительства. Безусловно, от офицеров требуется беспрекословное исполнение решений, принятых в высших инстанциях, а не их обсуждение. Но при подготовке этих решений или при запуске тех или иных программ в части, касающейся развития флота, мнение и разработки офицеров должны быть учтены в обязательном порядке. Поверьте, что в случае поражения России на море (не только в ходе боевых столкновений, но и в политическом противоборстве) будет обязательно предпринята попытка переложить ответственность за принятие стратегических решений на непосредственных исполнителей.

Сегодня как никогда актуальны слова Николая II, употребленные им в письме на имя морского министра адмирала Алексея Алексеевича Бирилева: «Нравственный долг перед Родиной обязывает всех чинов флота и Морского ведомства разобраться в наших ошибках и безотлагательно с горячим рвением приняться за работу над воссозданием тех морских сил, которые нужны России, и над воспитанием и подготовкой требуемого личного состава флота, проникнутого сознанием предъявляемых к нему требований военно-морского дела».

Думаю, что, если сегодня начать проводить собрания офицеров кораблей и членов ветеранских организаций, обладающих колоссальным, но почему-то не востребованным опытом, для разбора боевых действий на море, мы сможем хотя бы предусмотреть те ошибки, что уже были допущены ранее. Откровенные высказывания офицеров своего мнения и анализ причин неудач, постигших наш флот в предыдущие периоды его истории, должны восприниматься как позитивный материал для строительства флота, попытка же пресечь или наказать офицера за прямоту надо рассматривать как откровенное вредительство.

Всегда на первом месте стоят боевой состав флота и органы его управления, организация, боевая подготовка и принципы строительства флота и комплектования личного состава. В связи с этим основные положения инициативных выступлений морских офицеров должны быть обобщены в доклад и доведены до лиц, принимающих решение по вопросу «Каким быть флоту?». Следует акцентировать внимание руководства ВС РФ на критике в его адрес, а препятствование такой критике должно вызывать неодобрение у высшего руководства страны.

Особо следует отметить необходимость модернизации громоздкого бюрократического аппарата управления Минобороны. В то же время новый Главный штаб ВМФ в его нынешнем виде, как представляется, конечно же, не сможет пока реализовать выполнение задач, поставленных президентом РФ Владимиром Путиным флоту России.

Факт неучастия кораблей ВМФ в обеспечении безопасности президента РФ на саммите глав государств Турции, России и Ирана в апреле 2018 года указал на недостатки в Морской доктрине и рост значения, роли и места флота в политике, проводимой президентом РФ. Недопустимо, когда присутствие президента Великой державы вне ее пределов не обеспечено силами флота. Подобные события дают основания сделать вывод о совершенно типичном, традиционно бюрократическом методе управления флотом.

Следует также указать и на такие факты, как попытки удалить или даже отправить в отставку талантливых офицеров, особенно если они начинали «писать и критиковать», что сразу же делает их «личными врагами», а также использование руководителями разного ранга своего положения для устранения неугодных адмиралов и офицеров, которым рекомендовалось подать прошение об отставке по собственному желанию.

ПЛАНЫ НА БУДУЩЕЕ

Фактическая гибель отечественного Военно-морского флота в 1990-е годы произвела не только гнетущее впечатление на наше общество, но и открыла перед руководством государства ряд серьезных проблем, наиболее сложной из которых является необходимость постройки значительного количества новых кораблей. Сложность решения этой проблемы заключалась вначале в том, что России при ее разрушенной и недостаточно развитой экономической базе и ограниченных финансовых возможностях, приходится, по существу, заново создавать военное судостроение и корабельный состав флота и одновременно усиливать океанскую группировку. И это в условиях, когда денег в бюджете России на одновременное восстановление флота и на не менее необходимое перевооружение сухопутной составляющей Вооруженных сил нет.

Ревизия оставшегося в наличии после событий 1990-х и нулевых годов корабельного состава флота привела к неутешительному выводу: морская оборона России практически отсутствует. И это при том, что флот США и НАТО только укреплялся в этот период. Наличных сил нашего флота не хватает даже на обеспечение паритета. Достаточно сравнить боевой состав российского ВМФ и военных флотов других стран – наших потенциальных противников – по открытым источникам.

Флот, не имея достаточного научного потенциала для оценки своего действующего и перспективного боевого состава и для разработки полной модели морских стратегических операций будущего, не в полной мере может представить количественные и качественные показатели суммарной величины боевого состава и обеспечивающих сил, а также рассчитать боевой потенциал ВМФ и подготовить соответствующий ему план боевых формирований флота, планы первой и последующих операций флота, реализуемых силами из состава состоящих на вооружении кораблей и подводных лодок, развернутых на всех театрах военных действий. К числу показателей, отражающих качественное состояние системы, на наш взгляд, следует отнести эффективность ВМФ – способность системы к достижению стоящей перед ней цели, реализации боевого потенциала, в определенный момент времени.

Боевой потенциал, готовый к применению (реализуемый боевой потенциал – РБП), формируется под влиянием ряда факторов: число ударных соединений, развернутых на позициях в готовности к применению; техническая надежность кораблей – носителей оружия; способность флота решать свои задачи в условиях противодействия противника. В практике данные факторы были соответственно учтены такими коэффициентами, как коэффициент оперативного напряжения сил флота, коэффициент технической надежности единицы флота и коэффициент боевой устойчивости. Совокупное влияние данных факторов на формирование величины РБП определяется как череда совместных и зависимых событий. Следует отметить, что рассмотренный нами подход в оценке величины боевой устойчивости ВМФ является безусловно упрощенным и может быть оправдан только стремлением оценить тенденции боевой устойчивости флота в операциях по защите государства в различных войнах с различными видами вооружений и типами их носителей, в рамках исследования истории процессов развития техники и боевого потенциала ВМФ РФ.

Следует при этом особо отметить, что сегодня, на наш взгляд, вместо сосредоточения усилий на разработке перспективной стратегии развития флота, правительством и Минобороны решается частная задача, переросшая в дилемму с двумя противоположными положениями, исключающими друг друга и не допускающими возможность третьего, что ошибочно выдвигает дилемму в разряд проблемы: либо воссоздавать мощный флот открытого моря, который дал бы России возможность продолжать активную внешнюю политику, либо создавать оборонительный флот для обеспечения безопасности собственного побережья. Но в диалектике военного строительства и судостроения требуются метод аргументации, а также форма и способ рефлексивного теоретического мышления, исследующего противоречия, обнаруживаемые в мыслимом содержании этого мышления. Это не допускает предлагаемого элементарного, арифметического подхода к решению проблемы боевого состава флота, а главное – в формулировании задач государства, реализуемых флотом. Здесь умозрительное предпочтение варианта строительства оборонительного флота, который бы состоял из малых и средних кораблей, миноносцев, подводных лодок и средств минной позиционной войны (мин заграждения), не должен преобладать над геополитическими задачами государства.

С тех пор как появились корабли с ракетами средней дальности, способными поражать крупные корабли противника и береговые объекты, идея создания специального «ракетного флота» не сходит с повестки дня. Однако ни к чему хорошему такой подход не приведет.

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

Какие же можно сделать из всего выше изложенного выводы? На взгляд автора, они могут быть сформулированы следующим образом.

Во-первых, приходится констатировать тот факт, что тема возникновения и деятельности общественных организаций морских офицеров в России практически не востребована, прямой заинтересованности правительства, Минобороны и флота в этом, к сожалению, нет.

Во-вторых, всем нам предстоит определить роль офицерского корпуса российского ВМФ и ветеранских организаций, которую они должны сыграть в восстановлении флота и эволюции общественно-политических взглядов морских офицеров.

В-третьих, не следует забывать о том, что морской офицерский корпус представляет собой важную часть более крупной системы – Военно-морского флота страны, который в более широком плане включает в себя не только корабельный состав, но и средства обеспечения, судостроительные и судоремонтные предприятия, органы управления флота, его личный состав, военно-учебные заведения и пр.

В-четвертых, сам флот выступает не в виде обособленной и самодостаточной системы, а, в свою очередь, является частью Вооруженных сил Российской Федерации, развитие которых происходит в процессе взаимодействия между правительственными учреждениями и органами народного представительства в лице Государственной думы и Совета Федерации. Поэтому произвольное вычленение из системы строительства флота какого-либо элемента может повлечь за собой разрыв причинно-следственных связей.

В заключение необходимо еще раз подчеркнуть необходимость того, чтобы деятельность общественных организаций офицеров Военно-морского флота была поддержана законодательно. Под этим мы можем понимать законодательно оформленные и разрешенные организации, имеющие собственный устав и структуру, членами которых являются находящиеся на действительной военной службе или в отставке морские офицеры. И самое главное – нам нельзя медлить! 

Источник: ng.ru

Добавить комментарий