Кабул решил опереться на «новых афганцев»

Президент Афганистана Мохаммад Ашраф Гани делает ставку на новое поколение афганской политической элиты. За последний месяц афганский лидер заметно поменял фигуры на ключевых постах в системе управления страной. Изменения произошли и в ближайшем окружении Гани. Наблюдатели связывают эти перемены с предстоящими в июле выборами главы государства, хотя и не исключают, что речь идет о новом стратегическом курсе Кабула.

Сегодня первый скромный служебный юбилей – полгода с начала работы в должности руководителя Совета национальной безопасности (СНБ) Исламской Республики Афганистан (ИРА) — отметил один из самых молодых и самых влиятельных афганских политиков Хамидулла Мохиб. Он возглавил Совбез страны в возрасте 35 лет в конце августа 2018 года, успев до этого поработать послом Афганистана в Вашингтоне. Некоторые кабульские эксперты называют Мохиба «серым кардиналом» современной афганской политики, автором самых смелых кадровых и политических инициатив президента Гани. Трудно сказать, насколько такие оценки соответствуют реальности, однако несомненно, что Хамидулла Мохиб сегодня оказывает, пожалуй, одно из самых сильных влияний на курс официального Кабула. 

Уже после прихода Мохиба к руководству СНБ – ключевой структуры в системе управления страной, президент Ашраф Гани осуществил еще несколько важных кадровых перестановок, прежде всего, в силовых ведомствах. Афганистан – это уже очень много лет воюющее государство, и силовые структуры (армия, МВД, служба разведки и безопасности) играют в афганском политическом процессе очень важную роль. По тому, какие люди, с какими политическими убеждениями приходят к руководству армией, полицией и разведкой можно судить и о переменах на кабульском Олимпе. 

В начале февраля Ашраф Гани сменил министра внутренних дел и министра обороны Афганистана. Как говорят, не без подсказки Хамидуллы Мохиба, эти должности заняли, соответственно, 47-летний таджик Амрулла Салех и 49-летний пуштун Асадулла Халид. В прошлом Салех и Халид в разное время занимали пост шефа афганской разведки, оба они имеют репутацию непримиримых противников талибов, а также людей с сильными антипакистанскими настроениями (Салех и Халид считают, что именно Исламабад управляет лидерами запрещенного в РФ движения «Талибан»).

Практически сразу после этого Ашраф Гани сменил трех генералов – заместителей главы МВД: в отставку были отправлены первый заместитель министра внутренних дел Джанан Баракзай, замминистра по вопросам безопасности Ахтар Ибрагими и начальник отдела по борьбе с терроризмом Наджиб Аман. Вместо них на эти должности были назначены Абдул Сабур Кани, Хушаль Садат и Махир Якуби.
Среди новых назначенцев особенно стоит выделить полковника Хушаля Садата, который несмотря на молодой возраст (ему немногим за 30 лет) уже имеет репутацию одного из самых эффективных и жестких полицейских командиров. Как рассказывают кабульские источники «НГ», полковник Садат своими успешными ночными операциями наводил ужас на талибов еще в период президентства Хамида Карзая. Последний даже пытался возбудить против решительного и смелого офицера МВД уголовное дело за то, что в ходе его операций погибало… слишком много боевиков: Хушаль Садат во время проведения одной из спецопераций против талибов в восточной провинции Логар запретил своим подчиненным брать их в плен. Хамиду Карзаю, который на протяжении почти всего своего президентства пытался заигрывать с лидерами «Талибана», называя их публично своими «братьями», конечно, решительность и жесткость Хушаля Садата не нравилась. Однако «садатовский стиль» явно пришелся по душе президенту Гани, чем и можно объяснить назначение полицейского полковника на должность генерал-полковника. 

После того как с началом президентской кампании в Афганистане Амрулла Салех, проработав министром внутренних дел всего 27 дней, ушел в отставку (он принял предложение Ашрафа Гани занять пост вице-президента в его команде), на его место был назначен Масуд Андараби. Этот также еще достаточно молодой офицер в прошлом возглавлял Управление национальной безопасности (УНБ, службу разведки и контрразведки) страны. Как Салех и Халид, Андараби непримиримо настроен в отношении талибов (недавно он отдал приказ, запрещающий брать в плен боевиков движения) и стоящих за ними пакистанских спецслужб.

Февральские кадровые ротации в силовых структурах Афганистана показывают, что президент Гани принял решение сделать ставку на представителей нового поколения афганской элиты (людей в возрасте от 50 лет и ниже). По мнению кабульских экспертов «НГ», это сильный политический ход, так как более 70% населения Афганистана составляют люди в возрасте до 35 лет: «Афганской молодежи уже порядком надоели одни и те же лица на политической сцене страны, которые практически не меняются последние 30 лет. А вместе с ними не меняется к лучшему и жизнь афганцев, которые остаются заложниками старого поколения политиков, погрязшего в коррупции и эгоизме, продающего своими убеждения тем, кто готов их купить. В афганском обществе есть сильный запрос на перемены и безопасность, на новых людей, и последние кадровые назначения Ашрафа Гани показывают, что президент пытается реагировать на этот запрос». 

Важной чертой практически всех новых руководителей силовых ведомств ИРА является их ярко выраженный «афганский патриотизм»: в отличие от политиков старшего поколения, которые позиционировали себя, прежде всего, как пуштунов, таджиков, узбеков и хазарейцев, Мохиб, Салех, Халид, Андараби и другие называют себя сначала афганцами, а уже потом членами той или иной этнической общности. «Для нового поколения политиков характерен именно афганский патриотизм, афганский национализм, стремление мыслить общенациональными категориями, а не примитивными этно-племенными схемами. Да, они понимают ценность традиции и дорожают ею, но для них в первую очередь ценность имеет единое афганское государство», — подчеркивают кабульские эксперты «НГ». 
Еще один отличительный штрих «новых афганцев» — их неприятие «Талибана», его террористической идеологии и практики. Люди, пришедшие к руководству силовыми структурами ИРА в феврале 2019 года, уверены что талибы – это наемники пакистанских спецслужб, ведущие «заказную войну» против афганского государства в интересах Исламабада. И такие оценки характерны для очень большого числа афганцев, прежде всего, молодых людей. «Антипакистанизм», таким образом, также является важным элементом политического мировоззрения «новых афганцев».
Решение Ашрафа Гани, который сам является представителем старого поколения афганской элиты, сделать ставку на молодые и амбициозные кадры новой формации, по мнению кабульских экспертов «НГ», является смелым социально-политическим экспериментом: «Гани немедленно начали обвинять в том, что он попал в политическую изоляцию, что от него отвернулись некоторые ветераны афганской политики, и что это может привести его к поражению на выборах. Однако, действия Гани показывают, что он не видит никакой выгоды для себя в сотрудничестве с этими ветеранами, людьми, лишь воспроизводящими одно и то же беспощадное афганское прошлое – войну, предательство, коррупцию, распад государства. Ашраф Гани, вместо того, чтобы договариваться со старой и морально устаревшей афганской элитой, стремится опереться на новую элиту, ориентированную на будущее. И он, фактически, сегодня создает эту элиту своими руками». 

«Стареющие афганские политики цепляются за власть, пытаются демонстрировать свою силу и влияние, периодически сбиваются в стаи-коалиции и даже путешествуют по чужим странам, — сказал «НГ» один из кабульских политических экспертов. – Однако недавние выборы в национальный парламент Афганистана показали, что эти ветераны не в силах помочь стать депутатами даже собственным детям. Чем же они могут помочь кандидатам на выборах президента? Ситуация, общественные настроения в Афганистане меняются, и в выигрыше окажется тот, кто эти изменения сможет вовремя уловить и использовать в своих интересах».

Источник: ng.ru

Добавить комментарий