Глас вопиющего в пустыне

Штаб-квартира ЦРУ. Фото Reuters

Многоголосый слаженный хор Запада, сольные партии в котором в терцию исполняют Вашингтон и Брюссель, а на подпевке стоят бывшие узники социалистического лагеря и заключенные Варшавского договора, отбывшие свои сроки и отпущенные на «демократическую» свободу, уже долгие годы дает антироссийские концерты в музыкальном театре планета Земля. Но время от времени некоторые хористы поют в диссонанс и нарушают гармонию исполняемой мелодии.

Одним из таких певцов, уже не в первый раз выступающих не в лад, оказался председатель и директор научных программ Центра национальных интересов (Center for the National Interest), независимой, неправительственной политологической организации, расположенной в Вашингтоне, Джордж Биб (George Beebe), 10 октября со страниц газеты Politico в статье «Вероятность ядерной войны с Россией выше, чем мы думаем» обратившийся к американским законодателям. Он призвал конгрессменов и сенаторов Америки вне зависимости от их партийных предпочтений начать заниматься вопросом налаживания отношений между Россией и США. Биб имеет почти 25-летний, связанный с Россией опыт работы на государственной службе в качестве аналитика разведки, дипломата и советника по политическим вопросам. С 2006 по 2009 год в Разведывательном директорате (Directorate of Intelligence) ЦРУ он занимал должность начальника Отдела исследований России и Европы (Office of Russian and European Analysis) и был специальным советником вице‑президента Дика Чейни по РФ, Евразии и разведывательным программам. Поэтому о некомплектности Биба говорить не приходится.

ВЧЕРАШНИЕ И СЕГОДНЯШНИЕ МОТИВЫ

Специалист по России, говорящий по‑русски, отмечает, что в 50‑х и 60‑х годах прошлого века американцы действительно боялись ядерной войны с Советским Союзом, и их страхи «были обоснованными и правильными». Ученики школ и гимназий изучали правила действий во время налетов советских стратегических бомбардировщиков, а федеральные, штатные и местные власти готовились к выполнению своих функций в условиях начавшейся ядерной войны и обучали своих сограждан. Значительное количество американцев строили личные бомбоубежища и делали запасы продуктов.

Биб указал на то, что сегодня опасения по поводу возможной ядерной войны почти исчезли, как и те структуры, которые должны были ее предотвращать. Однако, по его мнению, угроза ядерной катастрофы на современном этапе стала более реальна, чем ее себе представляют власти страны и простые граждане. Дипломатия, а также стремление к глобальному миру уступили место благодушию и ложному чувству безопасности, основанному на убежденности в том, что ядерная эскалация невозможна. В результате таких воззрений США оказываются неподготовленными и крайне уязвимыми к ядерному нападению со стороны Москвы.

Примером благодушия федеральной власти Биб считает выход США из Договора о ракетах средней и меньшей дальности (ДРСМД), который был очень важным соглашением, обеспечивающим всесторонний контроль развертывания и уничтожение целого класса опасного ракетного оружия. Он также полагает, что этот договор помог Вашингтону и Москве убедить друг друга в том, что каждая из сторон стремится к установлению стабильности больше, чем к достижению стратегического превосходства. Новый Договор об ограничении стратегических вооружений (СНВ), заключенный при предыдущем президенте, подчеркивает специалист, в 2021 году ожидает такая же судьба, как и ДРСМД, поскольку почти все основные инструменты контроля над вооружениями и обеспечения доверия противостоящих сторон друг к другу, существовавшие в эпоху холодной войны и некоторое время после нее, сегодня практически уже не работают и при этом почти ничего не делается для их обновления или замены.

По мнению бывшего функционера ЦРУ, федеральные политики, входящие в Демократическую и Республиканскую партии, сосредоточивают внимание не на том, как США могли бы избежать ядерной войны, а на демонстрации своего имиджа «на фоне реваншистской России и ее лидера Владимира Путина». Встречи и контакты президентов двух стран, которые раньше рассматривались как возможность установления мирных отношений, «сегодня считаются опасным искушением, способным привести к примирению в стиле Мюнхена, что считается смертным грехом в области искусства государственного управления». «Влиятельные американские политики больше обеспокоены возможностью «оказаться в шатком положении», как однажды выразилась Маргарет Тэтчер, чем участием в безумном марше в направлении к случайно начавшейся войне», – пишет эксперт. Он объявил и о том, что слова Трампа о возможности изучения Соединенными Штатами и Россией мер преодоления существующих разногласий дипломатическим путем вызвали в основном осуждение в правящих кругах.

ОШИБОЧНЫЕ ВОЗЗРЕНИЯ ВАШИНГТОНСКИХ ПОЛИТИКОВ

Причиной формирования современной позиции многих деятелей Америки в отношении России стали, по мнению Биба, их неадекватные представления о складывающейся ситуации на мировой арене.

Первым заблуждением политиков является то, что, поскольку каждая из сторон хочет избежать ядерной войны, возможность ее возникновения очень невысока. Они полагают, что Россия не может пойти на такую глупость, как скрещивание мечей «с мощными Соединенными Штатами и риск самоуничтожения». Не отдают они себе должного отчета и в том, что современные дуэли в киберпространстве, информационные операции и экономические конфликты могут в конечном итоге привести к непосредственному ядерному столкновению. Неправомочным, считает Биб, является и мнение политиков о том, что мирное окончание холодной войны позволяет им не беспокоиться о вооруженном столкновении, к которому может привести «теневая война, ведущаяся сегодня Америкой «со значительно менее мощной Россией». «Однако войны не всегда начинаются преднамеренно. Как и в 1914 году, порочный круг сталкивающихся геополитических амбиций, искаженного представления о намерениях друг друга, новых и плохо понимаемых технологий и перестающих действовать правил игры могут привести к катастрофе, к которой ни одна из сторон не стремилась и которую не ожидала», – утверждает отставной специалист ЦРУ.

Сегодня кибертехнологии, искусственный интеллект, гиперзвуковые вооружения и системы борьбы со спутниками делают американо‑российскую теневую войну значительно более сложной и опасной, чем соперничество во времена холодной войны. Для современной ситуации на силовом поле противоборства характерно размывание традиционно существовавших разделительных границ между разведывательными операциями и военными действиями, возможность одновременного использования обычных и ядерных вооружений в вооруженных конфликтах, а также исчезновение различий между наступательными и оборонительными акциями.

В период холодной войны развитие ядерного оружия привело к появлению концепции взаимного гарантированного уничтожения и имело сдерживающее воздействие на противостоящие стороны. Но в условиях кибернетического противоборства агрессивная, наступательная стратегия и тактика все в большей мере рассматривается как наиболее приемлемый вид обороны. В современном мире, насыщенном множеством финансовых и коммерческих сетей, медийных платформ, а также систем управления ядерным оружием, определенным образом связанных друг с другом, переход конфликтов из киберпространства в реальные домены является серьезной опасностью.

Кибернетические технологии также повышают уровень обеспокоенности соответствующих структур стратегическими намерениями противников США. Их развитие порождает вопросы о том, способны ли системы предупреждения обнаружить начинающееся нападение и сработают ли системы вооружений, когда будут нажаты все кнопки. Эти факторы значительно усложняют  сдерживание противника в кризисных ситуациях, которые могут возникнуть между ВС США и России в связи с развитием событий на Украине, в Иране или обострения возникнут по каким‑то другим причинам. Сегодня российские операторы кибернетических средств имеют возможность получения доступа к спутниковой системе США, обеспечивающей управление как обычными, так и ядерными вооружениями, однако в результате их действий невозможно понять, направлены ли они на получение информации о подготовке Соединенных Штатов к войне или их целью является лишение ВС возможности нанесения ядерного удара. В такой ситуации президент США может подумать, что он срочно должен принять решение о применении ядерного оружия. Возникшие обстоятельства могут осложняться и тем, что будут заблокированы почти все важные линии коммуникаций между двумя странами.

Вторая опрометчивость ведущих американских политиков состоит в том, что российскую угрозу они воспринимают как проблему сдерживания Кремля. Ошибочность логики их рассуждений, по мнению эксперта, заключается в том, что главной причиной начала войн они считают уверенность лидеров развязывающих их государств в своей полной победе. Лидеры США полагают, что Америка способна вывести из подобного заблуждения любого потенциального агрессора путем демонстрации своей силы и таким образом обеспечить сдерживание возможного конфликта. Биб говорит, что складывается впечатление о действительной убежденности Вашингтона в том, что демонстрация Москве возможного наказания в случае нарушения ей установленных международных правил посредством введения более жестких экономических санкций, расширением присутствия американских войск в Европе или более активным проведением кибернетических операций является наилучшим методом поддержания мира.

Однако, если речь идет о государствах, которые, по мнению их руководителей, подвергаются какому‑либо внешнему воздействию, преимущественное использование Вашингтоном методов сдерживания может оказаться абсолютно непродуктивным. Вместо того чтобы избежать агрессии с помощью демонстрации готовности ответить на агрессию, Америка может непреднамеренно повысить вероятность возникновения вооруженного конфликта. Сегодня США уже сталкиваются с такой ситуацией. Многие годы движения НАТО в восточном направлении и предполагаемое вмешательство Америки во внутренние дела России убедили Кремль в том, что Белый дом представляет собой реальную угрозу национальной безопасности РФ. В свою очередь, вмешательство России в выборы 2016 года вместе с целой серией агрессивных действий против своих соседей убедили Вашингтон в том, что ее руководство намерено нанести удары по уязвимым точкам западного мира.

Соединенные Штаты внимательно следили за развитием конфликта в Грузии в 2008 году. Вашингтонские политики были убеждены в агрессивных намерениях России в отношении своих южных соседей и поэтому приняли решение об интенсификации подготовки ВС Грузии под руководством американских специалистов, а также открыто выступили за принятие ее в НАТО. Кроме того, были сделаны многочисленные предупреждения в адрес Москвы по поводу ее возможных силовых акций. Политики были абсолютно уверены и в том, что их действия удержат Россию от агрессии. Но все принятые ими меры привели к прямо противоположным результатам. Кремль очень беспокоила возможность вступления Грузии в НАТО. Власти Тбилиси, поддерживаемые США, напали на Южную Осетию и незамедлительно получили масштабный военный ответ России.

И, наконец, третьим ошибочным восприятием происходящих событий, определяющим поведение американской политической элиты в международных делах, является ее убежденность в том, что причиной антиамериканского курса России является внутренняя природа существующего режима и уверенность в том, что негативный характер российско‑американских отношений скорее всего  изменится, если на смену Путину придет более просвещенный лидер с более либеральными взглядами. По мнению американских политиков, рано или поздно стремление к свободе выдвинет на политическую арену России новых лидеров, которые активно займутся проведением либеральных реформ и будут добиваться установления дружественных отношений с Вашингтоном, как это в свое время делали Михаил Горбачев и Борис Ельцин. По мнению влиятельных американских политиков, попытки найти компромисс с путинским режимом по своей сути не только аморальны, но также не нужны и бесполезны.

Однако представление о том, что Москва отрицательно относится к Вашингтону только потому, что в США действует режим истинной демократии, а не потому, что Америка пытается всячески ущемить национальные интересы России, не соответствует ее модели деловых и даже, можно сказать, дружественных отношений со странами, которые Кремль не считает опасными, как, например, Израиль, Индия и Япония. Сегодня в число внутренних антагонистов российского президента входят не только представители узкой прослойки либеральных реформаторов, но и более многочисленные функционеры правого и левого толка, выступающие за ужесточение его слишком мягкой позиции в отношении Вашингтона. На самом деле, утверждает Биб, причиной разногласий России и США является смесь геополитических, исторических и системных факторов, которые не исчезнут после смены власти в Москве.

Подход Вашингтона к формированию отношений с Россией, по мнению эксперта, должен основываться на хладнокровном сочетании твердости и способности договариваться, военной силе и дипломатических контактах, но при этом не должно допускаться слишком больших перекосов в сторону уступок или более жесткой конфронтации. Достижение такого баланса является очень сложной задачей. Однако в настоящее время Соединенные Штаты даже и не пытаются ее решить. Биб считает, что требуется интенсификация контактов между Вашингтоном и Москвой и, кроме того, должны быть сформулированы новые правила решения проблем, связанных с современными системами вооружений, кибертехнологиями и непрерывно трансформирующимся мировым порядком, меняющим правила игры, и видоизмененным геополитическим порядком.

Источник: ng.ru

Добавить комментарий