Цукерберг против Гутенберга

И поди разберись, кто кого –
Цукерберг Гутенберга или
наоборот.
Эгон Шиле. Половой акт. 1915.
Музей Леопольда, Вена

Цепляясь за редеющий круг стареющих друзей, знакомых авторов, бормоча утешительное «все те же мы, нам целый мир – чужбина…», читаем их электронные версии, от прочих огораживаясь – тоже электронно.

Тотальна обманчивость такого чтения: просмотров, лайков – и нечтения: пролистывания, установки спам-фильтров, забанивания (электронный вариант старой нерукопожатности). Глобальный, как Сеть, обман – итог всех миллиардов кликов, десятилетий в чате. Два ехидно-точных словечка в мировой Сети, изуродовавшей наше чтение. Чат, chat, треп. И этот всепроникающий клик, click – щелчок…

Клик со спамом –   новые «Гоп со смыком», урловый примитив, лихая кража времени… Недаром Жан Бодрийяр заметил, что ныне именно средства коммуникации убивают общение, социум.

Недавно друзья, семейная пара, перед приемом гостей не рассчитали время готовки и, доверив мне свою восьмилетнюю Дашеньку, умчались на кухню.

Снял я с полки «Сказки Пушкина», усадил Дашеньку на диван и принялся читать. Читаю-читаю, дошел до «стал он кликать золотую рыбку», и…

– Дядь Игорь, что замолчал?

А дядя тяжко задумался. Оглянул типичную детскую: кроватка, полки, обруч, игрушки. Стол, на открытом ноутбуке сидит кукла Анжелина (пять минут назад нас познакомили).

И что мисс Анжелина так светски-непринужденно сидит на клавиатуре, как на садовой скамейке, спиной привалившись к экрану. И что экран этот с обрывком змейки замершего сетевого диалога (прерванного из-за меня чата) не выключился, не погас из-за касания Анжелининой попы, сосчитанного компьютером за нажатие, клик… Картина! Того и гляди: свисающий над столом угол ноутбука расплавится, теряя клавиши, потечет вниз, как циферблат Сальвадора Дали…

Объяснять ли ей старое, пушкинское значение слова «клик»? Наверное, в мыслях о возможном будущем читателе (тем вечером как раз и складывал эссе, что сейчас пред вами) глупо мне заглядывать дальше поколения Дашеньки и Анжелины. Вот мой горизонт событий. Клик кукольной попы…

Несколько лет назад в продолжение газетных статей мне предложили вести блог в одной известной газете. Для переписки с модератором надо было в соцсети (заголовок намекнет, какой) открыть страницу: тогдашний предпочитал именно такой путь общения. Модератор сменился, страничка осталась. Позже мой друг, писатель Александр Мелихов, решаясь шагнуть в «дивный новый электронный мир», советовался со мной (!): горжусь, стал интернет-экспертом. Рекомендовал ту же соцсеть. Пока меня не проклинает, но… Но я и сам выкладываю электронные ссылки на свои статьи и, зайдя на сайты газет-журналов, ликую: «53 350 просмотров! О, уже 62 тысячи!» (Обычно гора-аздо меньше.)

В 2013-м организаторам весенних Книжных салонов в Петербурге я показался подходящим «средним электронно ограбленным автором» – с тех пор раз в год приглашали. В рамках салонов идут конференции по авторскому праву, я рассказывал о трагикомическом бытии автора, получающего в ответ на набор своей фамилии в поисковике десятки страниц «Имярек. Скачать книги бесплатно».

В статьях-отчетах перечислял, на мой взгляд, виновных, сломавших привычный со времен Гутенберга цикл печать–чтение. Это они, похожие на бандитские клички: клик, чат, спам.

Лаборатория Касперского анализировала тематику спама. Результат сей ассенизаторской работы: 19%  – образование, 16%  – туризм, 16%  – товары для здоровья (добавлю: или для его потери), 9%  – компьютерное мошенничество, 4%  – реклама спамерских услуг (так сказать: спам в квадрате), 3%  – сайты для взрослых (деликатный термин Касперского, подростков, увы не защитит), 2%  – недвижимость…

Я нашел, полагаю, и самого первого спамера: Вольтер с его знаменитой припиской в конце каждого письма: «Раздавите гадину!» (Антиреклама католической церкви.) Но благодаря этим RuTracker, торрентам, сайтам, поисковикам – и сам стал песчинкой, молекулой спама… За всю эпоху раннего Интернета (так определю наше время, подобно раннему палеолиту) ни от одного из семи-восьми издательств я не получил ни копейки (это не обвинение, но проверяемый при случае факт). Я даже не совсем уверен: издательства ли должны отвечать за сложившийся порядок.

Источник: ng.ru

Добавить комментарий